Глазурь для керамики — почему до обжига она совсем другого цвета

Перед вами на столе стоят баночки, и в них что-то мутное и невнятное. Серо-розовое. Бледно-сиреневое. Мастер спокойно говорит: «Вот эта — синяя». Вы смотрите в баночку, потом на мастера, и вежливо киваете, потому что синим там не пахнет совсем.

Дальше вы красите этой жижей кружку и уходите. Через месяц забираете вещь, которую не узнаёте: глубокий синий, гладкий, с блеском, будто её окунули в расплавленное стекло. Между этими двумя точками была печь — и вопрос «а как вы угадали цвет» я слышу почти на каждом занятии.

Я глазурую почти всё, что уезжает из студии, и отвечаю одинаково: лотереи здесь нет. Есть химия, температура и несколько правил, которые стоит знать до того, как взяли кисть. Дальше — про сам материал: из чего он, как ведёт себя в огне, чем отличается от ангоба и можно ли из готовой кружки пить чай.

Глазурь — это стекло, приваренное к глине

Глазурь — тонкий слой стекла на поверхности керамики, по составу почти как оконное, только с добавками. Основа — кремнезём, обычный кварцевый песок. Сам по себе он плавится около 1700 °C, что не по зубам ни одной студийной печи, поэтому в смесь кладут плавни: полевой шпат, мел, доломит, соединения бора. Они сбивают температуру плавления до рабочих 1000–1250 °C. Глинозём делает расплав вязким, чтобы стекло не стекло лужей на дно печи. И красители — оксиды металлов и пигменты.

В баночке всё это лежит очень мелким порошком, размешанным в воде до жидкой сметаны. На обожжённом черепке вода мгновенно уходит в поры, а порошок остаётся плотной пудрой: изделие выглядит припудренным мелом, не блестит и стирается пальцем.

Всё меняется в печи. Порошок спекается, плавится и растекается сплошной плёнкой, проникая в поры, — между глиной и стеклом появляется переходный слой, они срастаются. Остывая, глазурь застывает гладкой и непроницаемой. В этом весь смысл затеи: черепок после первого обжига пьёт воду, глазурованный держит жидкость и моется.

Почему цвет в баночке не равен цвету на полке

Вы работаете вслепую: на кисти — цвет сырого порошка, а итоговый рождается химической реакцией при высокой температуре.

Классика — кобальт: в сыром виде невзрачная серо-сиреневая кашица, после обжига тот самый синий, на котором держится вся гжель. Хром сырым грязно-оливковый, выходит зелёным. Марганец даёт коричневый. Медь даёт зелёный и бирюзовый. Железо в зависимости от количества и температуры уводит цвет от медового и охристого до почти чёрного.

Толщина слоя решает не меньше металла: один тонкий мазок даёт бледный размытый тон, три слоя — плотный и глубокий. Поэтому красьте в два-три прохода, давая каждому слою подсохнуть. Прозрачная глазурь поверх цветного подслоя проявляет рисунок так же, как вода проявляет цвет мокрого камня: тон становится глубже.

Третья переменная — температура. Одна и та же глазурь на 1080 °C и на 1240 °C даёт разные оттенки, а ярко-красные и оранжевые пигменты после 1200 °C уходят в бурый. Рабочий интервал у каждой глазури свой, он указан на банке.

Отсюда правило, которое мы завели у себя: по описанию не красят. Есть палитра образцов — обожжённые плашки, где виден реальный цвет каждой глазури, в один слой и в три. Выбор идёт по плашке, и разочарований после печи почти не остаётся.

Чем глазурь отличается от ангоба

Второй по частоте вопрос на занятиях: баночки стоят рядом и выглядят похоже, а материалы разные.

Ангоб — это жидкая глина с добавлением пигмента, по сути цветной шликер. Наносится до первого обжига, на сырое или подвяленное изделие, и ведёт себя как краска: ложится укрывисто, не растекается, держит контур. После обжига остаётся матовым и чуть шероховатым — стеклом он не становится, это по-прежнему глина, просто цветная, и влагу она не держит.

Глазурь наносится после утильного обжига и превращается в стекло. Она даёт блеск, глубину и герметичность, но с ней сложнее рисовать тонкие линии: расплав чуть растекается и края мягко размываются.

На практике их часто соединяют. Рисунок делают ангобом — он даёт графичность и позволяет процарапывать по слою (техника сграффито), — а сверху кладут прозрачную глазурь, которая запечатывает рисунок под стеклом и делает вещь пригодной для еды. Так сделано большинство детских кружек с барашками и динозаврами, которые уезжают из студии. Про кисти, штампы и сграффито — в статье про виды росписи керамики.

Третий вариант — надглазурные краски: их кладут поверх обожжённой глазури и отправляют на третий обжиг около 800 °C. Так получают яркие цвета, которые не выживают при 1250 °C, плюс золото и перламутр. Такой декор боится посудомойки и жёсткой губки.

Какие бывают глазури

Для человека, который выбирает цвет для своей кружки, полезны четыре различия.

По прозрачности. Прозрачные пропускают взгляд к черепку: под ними видна фактура глины, отпечатки пальцев, подглазурный рисунок. На светлом фаянсе прозрачная даёт тёплый молочный тон, на красной терракоте — медовый. Глухие непрозрачны за счёт глушителей вроде оксида олова и закрывают глину ровным цветом, как эмаль.

По блеску. Глянцевые — зеркальные и самые практичные в быту. Матовые гасят свет и на ощупь бархатные, но поверхность у них чуть шероховатая и хуже отмывается от кофе и чая. Между ними — полуматовые и шелковистые.

По температуре. Низкотемпературные работают на 1000–1080 °C, среднетемпературные — на 1100–1200 °C, высокотемпературные — от 1250 °C. Глазурь и глина обязаны совпадать по режиму: высокотемпературная на легкоплавкой массе останется сухой коркой, низкотемпературная на керамограните вскипит и стечёт.

Специальные. Кристаллические выращивают в расплаве кристаллы-звёзды. Реактивные — два состава разной вязкости, при плавлении они перемешиваются в разводы, которые заранее не предскажешь. Кракелюрные трескаются сеточкой нарочно, люстровые дают перламутр и металлический блеск.

Потёки и кракелюр: когда «дефект» задуман

Потёки. Расплавленная глазурь ползёт вниз, и у текучих глазурей это главный эффект: на стенке кружки выходят натёки, капли и переходы, которые рукой не нарисуешь. Плата — дисциплина при нанесении. До дна такую глазурь не доводят: оставляют 5–10 мм чистого края, иначе изделие приварится к полке печи, и вы потеряете и кружку, и полку. Текучие вещи мы дополнительно ставим на подставки-«таблетки».

Кракелюр. Сеточка мелких трещин по глазури. Берётся оттого, что стекло и черепок остывают с разной скоростью: глазурь сжимается сильнее и лопается. Когда-то это считали браком, сегодня кракелюрные глазури продаются отдельным видом, а сетку проявляют, протирая вещь чаем или тушью.

Оговорка: для посуды под еду кракелюр не годится. Трещины сквозные, в них задерживается влага и всё, что в этой влаге живёт. Такую глазурь берите на вазы, подсвечники, декоративные тарелки — туда, где не едят.

Бывают и настоящие огрехи. Пузыри и проколы — слой положили слишком толсто или гнали печь. «Сухая», шершавая поверхность — глазурь недополучила температуру. Проплешины — черепок был пыльный или жирный: даже отпечаток пальца на бисквите оставляет пятно, на котором глазурь не держится, поэтому перед глазуровкой вещи обеспыливают.

Можно ли есть и пить из такой посуды

Можно, если сошлись три условия.

Первое — глазурь пищевая, это прямо написано на банке. Свинца и кадмия в доступной форме в составе быть не должно; студийные глазури давно бессвинцовые, а вот декоративные краски для сувениров и керамика с курортного рынка — вопрос открытый.

Второе — обжиг на своей температуре: глазурь должна полностью расплавиться. Недожжённое покрытие остаётся пористым и небезопасно, что бы ни было написано на банке.

Третье — ровная поверхность внутри: никаких кракелюров, пузырей и проплешин там, где лежит еда.

Дальше — быт. Посудомойка глянцевой пищевой глазури не страшна, но ручная мойка продлевает вещи жизнь: керамика ручной работы не любит долгих горячих циклов. Золото, перламутр и надглазурные краски в машину нельзя, как и в микроволновку — металл искрит. На открытый огонь и в духовку керамику не ставят, если глина не жаростойкая: фаянс от резкого нагрева трескается. И донышко у изделия всегда неглазурованное — шершавое дно один раз проходят мелкой наждачкой, чтобы не царапало стол.

Как это устроено на мастер-классе

Порядок один и тот же для кружки, тарелки и кашпо в виде паука — он расписан по шагам в материале о том, как создаются изделия из глины.

На занятии гость работает с подглазурными материалами — ангобами и красками — и выбирает финишную глазурь по палитре образцов. Саму глазуровку после утильного обжига делают мастера: это отдельная операция с окунанием, обтиркой края и контролем толщины, внутрь полуторачасового занятия её не уместить. На взрослых мастер-классах, а они идут 1,5–2 часа, мы успеваем слепить, расписать и обсудить, чем матовая глазурь отличается от глянцевой применительно к вашей кружке.

Лучше всего глазурь читается на плоском: у тарелки большая ровная площадь, на ней видно и цвет, и потёк, и переход. Мы собрали 12 способов сделать тарелку из глины.

Что стоит спросить у мастера до того, как взяли кисть

Короткий список, который экономит нервы.

Какой будет цвет после обжига — и попросите показать обожжённый образец. Сколько слоёв нужно для плотного тона. Матовая эта глазурь или глянцевая. Пищевая ли она, если вы делаете посуду. Течёт ли она — от этого зависит, докуда красить. И на какую температуру рассчитана, если вы вдруг лепите из непривычной массы.

Пять вопросов, полминуты разговора — и дальше дело за печью.

Автор: Оксана, мастер студии «Ради Бохо»